Альбом «Медведь в истории культуры»

Альбом «Медведь в истории культуры»

1,100 

Описание

Медведь — «тотемный» зверь Пермского края. Он присутствует на гербах, на старинных картах Перми Великой, в логотипах, его статуэтка является самым популярным сувениром, а в центре Перми красуется большой бронзовый памятник идущему медведю.

Также медведь является одним из важных национальных символов России.

Но откуда появилось такое уважительное отношение к могучему зверю?
В книге, выпущенной издательством «Сенатор», есть ответы на эти вопросы.

 

Культ медведя — древнейший из человеческих культов, начиная с пещер палеолита. Образ мощного зверя сопровождал человека на протяжении всей человеческой истории.

В альбоме представлено более 200 визуальных материалов о медведе: от пещерной живописи до рисунков Леонардо да Винчи и гравюр Гюстава Доре, иллюстраций из книг Бюффона и Брэма о животных, карт с Россией в виде медведя и фотографий статуй медведя в городах мира. Иллюстрации сопровождаются увлекательными статьями в популярном жанре.
Большая глава посвящена образу медведя в пермском зверином стиле.

Ни у одного города мира нет такой «медвежьей истории», как у Перми, поэтому наш город по праву может считаться мировой «столицей медведя».

Альбом «Медведь в истории культуры» — отличный подарок от пермяков представителям иных регионов, взгляд на город с неожиданной стороны.

Книга была представлена на книжном фестивале «Красная площадь — 2017» в Москве и вошла в число двадцати лучших книг фестиваля среди тысяч наименований.

Издание интересно как взрослым, так и детям. Градообразующая книга. Какая же Пермь без медведя?

***

Медведь VS Лев (Глава из книги «Медведь в истории культуры»)

Приключения медведя среди людей от начала средних веков до нашего времени

Известный французский исследователь Средневековья Мишель Пастуро немало внимания уделял отношению человека к различным животным. Ведь через образ звериного мира можно немало узнать и о самом человеке. Мир животных всегда отражает человеческое общество, в нем есть свои короли, придворные и прочий лесной народ.

Отношение к различным животным в Европе в начале средних веков проще всего проследить по бестиариям и изображениям зверей в Ноевом ковчеге. Во всех изображениях зверей в ковчеге присутствует лев, из остальных чаще всего появляются медведь, кабан и олень, а затем уже остальные животные и птицы. На изображениях, где животные заходят в ковчег, во главе зверей в эпоху раннего средневековья во главе обычно идет медведь или лев. В те времена, по воззрениям европейцев, у животных было два предводителя. Это соответствовало древним традициям: медведь был главным в кельтской и германской культуре, а лев — в библейской и греко-римской. Затем ситуация изменилась: первым всегда становится лев, а медведь занимает место гораздо ниже в зверином обществе.

С началом второго тысячелетия лев побеждает медведя в сознании авторов книг. Католическая церковь всюду продвигает образ льва, заменяя везде, где только можно медведя.

Со времен сосуществования человека и медведя в пещерах верхнего палеолита на Севере Евразии доминировал культ медведя, сохранявшийся на протяжении тысячелетий. И сегодня множество сказок, легенд, преданий связанны с медведем. Медведь был и остается одним из главных героев фольклора европейских народов.

Значение медведя определяется прежде всего его подобием человеку. Мифопоэтическое сознание верит в их общее происхождение. Медвежья обрядность осмысляется как на уровне мифологических образов и соответствующих сюжетов. Существуют рассказы и легенды о сожительстве женщины, заблудившейся в лесу, с медведем или о связи медведицы с охотником; отсюда и особая категория полулюдей-полумедведей, упоминаемых в фольклорных текстах и литературных обработках. Медведь не только дух — хозяин леса, горы, зверей, покровитель охоты, но и родственник человека — предок людей.

В первую очередь медведь — это царь леса и животных, которые в нем обитают. Именно он, а не лев — царь зверей в кельтских, скандинавских и славянских культурах.

Фигурирующие во многих сказках короли или вожди являются «медвежьими детьми». Это сыновья женщин, которых похитил и силой взял медведь. Даже имя короля Артура происходит от латинского названия медведя.

Стало быть, медведь — сородич человека. В отличие от льва медведь всегда обитал в Европе. Люди часто видят его, восхищаются медведем, почитают и боятся медведя. Во времена средневековья в германо-скандинавских землях Европы он по-прежнему остается объектом языческих культов, связанных с календарными праздниками. Медведь по-прежнему считается на севере царем диких зверей. В Южной Европе эту роль уже тогда играет лев.

С этого времени католическая церковь начинает вести против медведя войну, стремясь низвергнуть его с трона. С VIII по XII век она продвигает и возвышает льва, экзотическое животное, а не местное. Лев появляется из письменной культуры, а не из народного фольклора. Поэтому его легко укротить и представить нужным образом в отличие от медведя, о котором народ знает многое из устных преданий и обыденной жизни.

Сначала, как пишет Пастуро, средневековая церковь превращает медведя в пособника Сатаны, затем укрощает зверя и, наконец, превращает в карикатуру, смешное существо.

Согласно изречению святого Августина «ursus est diabolus»: «медведь есть дьявол». По мнению авторитетов католической церкви, Дьявол нередко приходит в образе медведя пугать и мучить грешников.

Большинство европейских авторов постоянно подчеркивают отрицательные черты медведя: жестокость, злобность, похоть, нечистоту, чревоугодие, лень, агрессию.

Затем медведя превращают в прирученное, укрощенное животное.  В житиях святых часто рассказывается о том, как святые своим примером, своими добродетелями или своей силой победили и подчинили ужасного дикого медведя. Медведь растерзал мула св. Аманда, тогда Аманд заставил нести груз самого медведя. Так же поступил святой Корбиниан, а святой Ведант заставил медведя тянуть плуг вместо быка, которого медведь съел. Святой Колумбан заставил медведя освободить ему место в пещере, чтобы укрыться от холода. А святой Гал избавил медведя от колючки в лапе, поэтому медведь стал таскать ему бревна и помог соорудить скит. Скит стал потом влиятельным монастырем Святого Галла. Этот знаменитый эпизод известен на гербах, особенно в кантонах Швейцарии.

Потом медведя начинают высмеивать. Это случается в начале второго тысячелетия. Католическая церковь всегда настроена враждебно по отношению к любым зрелищам, связанным с животными. Но теперь она не возражает против дрессировки и представлений с медведями. В наморднике и на цепи, медведь бродит вместе с жонглерами и фиглярами от замка к замку, с ярмарки на ярмарку, с рынка на рынок. Королевский зверь, когда-то наводивший ужас, становится цирковой забавой. Медведь пляшет, исполняет номера и развлекает народ.

После XIII века медведя уже не дарят короли, теперь его не увидеть даже в королевских зверинцах — его уже изгнали оттуда. Только белые медведи, которых преподносили в подарок короли Дании и Норвегии, все еще сохраняли некоторую престижность, ибо они являлись необычными и редкими животными в Европе до Нового времени.

В начале XIII века лев становится царем зверей во всей Европе. Теперь у животных только один царь. Об этом говорится в «Романа о Лисе»: лев Нобль правит один. На его королевскую власть никто не покушается, а медведь Брюн — это только один из его «баронов», тугодум. Над ним смеются. В эту же эпоху лев, оставив далеко позади всех прочих животных, занимает первое место в геральдике, хотя медведь тоже остается на гербах больших городов мира и отдельных дворянских родов.

Похожие процессы происходят и в России. В имперском Санкт-Петербурге десятки скульптурных изображений льва, но попробуйте найти хотя бы одного медведя.

Но так было не всегда. В XIV-XV вв. медведь был грозным соперникам российским бойцам, проходившим испытания «медвежьими боями», многократно описанными иностранными наблюдателями.

В своих записках английский дипломат и путешественник Флетчер писал:
«Диких медведей, ловимых обычно в ямы или тенетами, держат в клетках. В назначенный день и час собирается двор и несметное количество людей пред феатром, где должно пройти поединку; сие место обведено глубоким рвом для безопасности зрителей и для того, чтобы ни зверь, ни охотник не могли уйти друг от друга. Там является смелый боец с рогатиною, и выпускают медведя, который, видя его, становится на дыбы, рвет и стремится к нему с отверстым зевом.

Охотник недвижим: смотрит, метит — и сильным махом всаживает рогатину в зверя, а другой конец ее пригнетает к земле ногой. Уязвленный, яростный медведь лезет грудью на железо, орошает его своею кровию и пеной, ломит, грызет древко, и если одолеть не может, то, падая на бок, с последним глухим ревом издыхает. Народ, доселе безмолвный, оглашает площадь громкими восклицаниями живейшего удовольствия, и героя ведут к погребам царским пить за государево здравие…»
Другой путешественник Сигизмунд Герберштейн создал на века миф о том, как по городам и селам в Московии ходят медведи. Автор так пересказал впечатления от поездки в Москву:

«Мы лично, приехав туда (в 1526 г.) видели, как от зимней стужи прошлого года совершенно погибли ветки плодовых деревьев. В тот год стужа была так велика, что очень многих ездовых, которые у них называются gonecz, находили замерзшими в их возках. Случалось, что иные, которые вели в Москву из ближайших деревень скот, привязав его за веревку, от сильного мороза погибали вместе со скотом. Кроме того, тогда находили мертвыми на дорогах многих бродяг (circulatores), которые в тех краях водят обычно медведей, обученных плясать. Мало того, и сами медведи, гонимые голодом, покидали леса, бегали повсюду по соседним деревням и врывались в дома; при виде их крестьяне толпой бежали от их нападения и погибали вне дома от холода самою жалкой смертью».

Эти «Записки о Московии» стали бестселлером в Европе и навсегда утвердили легенду о гуляющих по улицам медведях. И на Руси церковь тех времен вела с медведем войну. Зверя приручали и высмеивали. Вместе с язычеством искоренялся и медведь как живой языческий идол. История началась с укрощения зверя и продолжилась его унижением. Русские святые Сергий Радонежский и Серафим Саровский кормили медведей из рук. «Преподобному Герасиму служил лев, а мне, убогому, медведь. Видимо, и зверь неразумный в послушании у нас пребывает», — говорил преподобный Серафим.

В течение нескольких столетий по дорогам государства странствовали ватаги с ручными медведями, способными танцевать, кувыркаться и даже попрошайничать. До XVIII века «косолапого водили по улицам, обучали разным штукам, его показывали, он плясал, кувыркался, самолично собирал в шляпу деньги за представление; он танцевал, он изображал барышню, собирающуюся на свидание, и пьяного, и скрюченную древнюю старушку; медведь курил, тренькал на балалайке, разве что не пел… Правда, быть приятелем и балаганным забавником медведя принуждали: «Не охоч медведь плясать, да губу теребят». Или: «Не привязан медведь, не пляшет. Но такова медвежья доля…»

Бояре и богатые купцы, как правило, держали в своих палатах и теремах хотя бы одного медведя, так сказать, «для души». Зайдя в какой-нибудь людный кабак в Москве того времени, можно было часто увидеть медведя, сидящего с громкой компанией и пьющего наливки.

И все-таки в России в отношении к медведю есть иные черты. Элементы культа медведя сохранились в обрядах, приметах, творчестве славян и после Крещения Руси. На Руси верили, что нечистая сила не может принимать облик медведя. «Медведь от Бога»,- говорили крестьяне Олонецкой губернии. На «медвежьих потехах» и казнях при Иоанне Грозном медведь считался судьей. В русской традиции медведь, в отличие от собаки, считается чистым животным. По приписываемым ему чудесным качествам он может не только предупредить человека о присутствии нечистой силы, но и выступить в роли наказания Господня нераскаявшихся грешников. По народным представлениям, медведь мог напасть на человека и съесть его лишь с позволения Бога в наказание за совершенный грех. Таким образом, отдавая опальных на растерзание медведям, царь учитывал их способность выступать в качестве «незаинтересованных судей».

Крестьяне в шутку называли медведя: «Лесной архимандрит». Сохранилось поверье, что медведь снимает порчу с дома и со скота. Поэтому, в некоторых русских деревнях существовал «обряд вождения медведя вокруг деревни, направленный на очищение полей и, соответственно, на обеспечение хорошего урожая». Медведя воспринимали как символ здоровья и силы, и наделяли его эротической силой. Поэтому медведь был важным образом на свадьбах. Жениха и невесту нередко в песнях звали «медведь» и «медведица». Молодых часто сажали на шкуры медведей, а также они могли провести первую брачную ночь на шкурах этого животного.

«Свекор батька говорит:
«К нам медведицу ведут»,
Свекровь матка говорит:
«людоедицу ведут».

Постепенно, сначала в глазах западных художников, а затем и для самих жителей России, медведь становится одним из неформальных, но значимых символов государства. На Олимпиаде-80, благодаря «олимпийскому мишке» и яркому визуальному образу закрытия праздника, медведь фактически стал маркером страны в глазах всех россиян. Хозяин тайги здесь столетия живет рядом с человеком, российский фольклор часто подчеркивает положительные качества медведя: силу, добродушие, готовность к защите собственной территории и детей-медвежат, иронизирует над его тугодумием.

На Урале, в бывшем «медвежьем углу», образ медведя до сих пор сохранил свое былое величие. В гербах, в памятниках, в традициях народов, населяющих Урал и Сибирь, отношение к медведю по-прежнему сохраняет древнее чувство уважения к «сородичу человека», царю зверей, хозяину леса.